Наследие Эксплара (СИ) - "StarStalk147"
![Наследие Эксплара (СИ) - "StarStalk147"](https://cdn.rusbook.su/s20/4/0/2/5/0/2/402502.jpg)
- Категория: Фантастика и фэнтези / Постапокалипсис
- Название: Наследие Эксплара (СИ)
- Автор: "StarStalk147"
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Живая машина. Книга IV. Наследие Эксплара
Пролог
Река Тоту — одна из самых полноводных в Кайлити. Здесь, разделяя Нелию и Бевиар, она разливается на несколько километров вширь, так что соседний берег невозможно было увидеть невооружённым глазом. Сужается она только к городу Локантак, основной точке сосредоточения сил Альянса, где раскинулся длинный мост.
Всё пространство, вплоть до выхода реки к Звёздному океану, тщательно охраняется и патрулируется силами «Хранителей», с каждым годом совершенствующих технику и устройства слежения. Угроза с севера, исходящая от неестественной для человека цивилизации анимагенов, постоянно висела над местной крепостью, усиленной орудиями разных калибров, защитных экранов и даже псионическими полями новусов Эххи, прибывших из-за Сизого океана. И как раз за ними сейчас велось пристальное наблюдение от существа, чьё существование не предполагалось даже его создателями.
Никто из воздушных аппаратов людей не мог подумать, что серая скала в горах Артара, одна из немногих, что находились на территории Бевиара, на самом деле является турболётом, тщательно замаскированным и заглушенным новейшими маскировочными полями. Машина находилась в месте, куда не ступала нога человека, и отсюда можно наблюдать как за крепостью у Тоту, так и за дорогой к Зуону — самому близкому городу к границам Нелии. Здания здесь выглядели несколько иначе, чем у нелианцев — тонкие, больше походившие на башни, строения, соединённые на своих верхушках перемычками и коридорами. Их грязно-белые тела сияли в свете Ольмира, ослепляя бликами окон и серебристых крыш. Чем южнее располагался город в Бевиаре, тем сложнее выживать в нём людям из-за нестабильного климата и ядовитых насекомых.
Впрочем, сидевшему на скале двухметровому существу сейчас было совершенно безразлично, каково живётся обычному бевиарцу или эххийцу в таких условиях. Больше всего его привлекла колонна грузовых и пассажирских военных машин, дизайн которых не шёл ни в какое сравнение со всем, что он видел ранее. Их приземистые полуовальные корпуса парили в метре от земли на белых двигателях неизвестной конструкции, окон не существовало вовсе, и даже видимых орудий на этих транспортах не наблюдалось. За ними двигались более крупная техника, больше напоминающая полусферы на платформах и искривлённые спирали.
— Насчитал сотню, — доложил по шлемофону голос напарника наблюдателя, — вот сиди и разбирайся, что это такое — танк или заградительная установка…
— Транспортников также, как и в прошлый раз, — оповестила ещё одна анимаген, — четыреста клонов.
Колонна медленно заползала за укрепления и ворота тёмной крепости, рассыпавшись по стоянке распределительного центра. Из них строевым шагом, держа в руках оружие, вышли высокие человекоподобные создания в белой броне с красными вставками.
— Это с последних кораблей, — заключил третий, более хмурый голос, — о которых докладывали разведчики с восточного форпоста.
Однако внимание анимагенов привлекли идущие за солдатами существа, о которых они только слышали от нотов. Худые, одетые в лёгкие полупрозрачные туники, создания с кипенно-белой кожей и с горящими неаревирским светом глазами.
— Значит, нам пора уходить, — сидящий на скале беот поднялся на ноги и снял шлем, расправляя кисти на ушах, — пора возвращаться в Сольтен.
Глава I. Суета
Даже летом в Роронских горах гулял прохладный ветер, завывая среди серых скал. Яркие лучи Ольмира золотили верхушки самых высоких пик, сверкая на заледеневшем снегу. Крики редких белоголовых орлов, гнездящихся на уступах, едва ли могли перебить вой ветра и гул пропастей, чёрными безднами зияющих внизу и скрытых низкими белыми облаками.
Время близилось к полудню, но на широких улицах города близ горы Тунгар, почти никого не было. Яркими лучами отражаясь от стёкол Ольмир медленно поднимался в высь. Выступающие прямо из скал дома из сизого бетона пестрели покатыми крышами и навесами над входом. Крепёжные блоки вокруг их оснований, украшали рисунки из светящихся красок, а на стенах сияли узоры воздымающегося пламени.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})Сольтен давно вышел за пределы расколотой горы. После исхода большей части людей из Сопротивления, его население теперь составляли исключительно анимагены, а жилой сектор расширился и вскоре вырвался за пределы Тунгара, продвигаясь в сторону Сизого океана. Эти строения выглядели совсем иначе, нежели обычные дома в Нелии. Высокие, с широкими дверями и окнами, изнутри они были просторны и занимали достаточно много места, из-за чего их пришлось вывести из скал наружу. И поскольку они предназначались исключительно для анимагенов, их не пришлось подстраивать под человеческие размеры, впервые за всю историю существования механической цивилизации.
Вдруг внизу, там, где виднелись тяжёлые створки шлюза, послышался отчётливый гул гравицикла. Эти небольшие машины, усовершенствованные версии турбоциклов, имели две антигравитационные подушки вместо колёс, полыхающие жёлто-зелёным светом. Тёмно-зелёный продолговатый корпус с плавными обводами быстро поднимался по дороге к одному из домов и свернул в проулок, заезжая во внутренний двор в скале. Темнота подземного гаража пахла сухим воздухом, но вонь плавленого лазером камня уже выветрилась отсюда. Автоматика включила освещение, представив прибывшему анимагену довольно обширное помещение, оббитое белым металлом. Серые контейнеры от запчастей стояли у стены, давно вскрытые, но нисколько не покрытые пылью — воздушные роботы-уборщики неустанно следили за чистотой в доме. Их база находилась здесь же, бочкообразное приземистое устройство, напрямую соединённое с пылесборником Сольтена по подземным трубам. Вибрация от двигателей стихла, и машина плавно опустилась на площадку, опустив штурвал к корпусу. Анимаген распрямилась и сняла шлем, расправляя длинные уши и волосы. Синяя шерсть необычно смотрелась на общем фоне, но Хара и не думала тут задерживаться. Подхватив лежащую на заднем седле сумку, она быстрым шагом направилась к створкам двери, и, почистив на специальном коврике левесы от уличной грязи, вошла внутрь.
Дом очень сильно напоминал особняк Мастера как атмосферой, так и планировкой. Специальные обои на стенах, меняющие цвет по желанию владельца, неспешно переливались из зелёного в белый. Недлинный коридор, куда попала Хара из гаража, упирался во входную дверь, очерченную толстой рамой. Не то чтобы в Сольтене была необходимость в безопасности, но излишняя осторожность никогда не вредила, да и привычка делать всё надёжно накрепко засела в умах анимагенов. Бросив сумку на пол, Хара прислушалась к звукам в доме и наклонилась, чтобы снять обувь. Мягкий пружинящий материал, покрывающий пол, приятно щекотал подушечки стоп зайчихи, и она, с удовольствием пошевелив затёкшими пальцами, пошла вперёд, собираясь подняться по лестнице слева. Они сами заказывали планировку своего дома — в память о Мастере. Кроме выхода в гараж, расположенного там, где в особняке был туалет, тут не осталось изменений. Длинный стол в светлой гостиной, маленькая, по меркам анимагенов, но уютная кухня, и, конечно же, библиотека. Правда вместо бумажных книг, здесь стояла картотека электронных носителей, которые Урси заботливо переносил из Архивов.
Лестница наверх вела к полукруглой площадке с четырьмя дверями. В одной из них находилась их спальня, другую Урси обустроил под собственный кабинет, третья досталась ей, хотя Хара использовала её в основном для склада своих музыкальных инструментов. А четвёртая, располагавшаяся над гостиной, досталась тем, ради кого они и решили строить дом. На цыпочках прокравшись к белым лепесткам створок, Хара открыла дверь и тихонько вошла внутрь, зная, как они любят поспать, особенно в летние каникулы. Комната выглядела совсем иначе, чем другие. Первое, что сразу бросалось в глаза, это разделение цветовой гаммы обоев — одна половина буквально пылала от нарисованных языков пламени на чёрном фоне, другая напротив, выглядела умиротворяюще, сияя голубым светом. Закрытое на автоматические жалюзи окно пропускало тоненькие лучи Ольмира, освещая бежевое покрытие пола и лежащие на нём настольные игры с голографическими фигурками и самодельные модельки известных личностей, в которых Хара с приятным удивлением узнала Корво и Лоту. Осторожно переступив через всё это безобразие, она приблизилась к кроватям рядом с расписными обоями, и положила оба свёртка на стулья, где лежали комбинезоны — один скомканный, другой аккуратно сложенный. Улыбнувшись спящим обитателям кроватей, Хара так же тихо, как и вошла, удалилась из комнаты, облегчённо выдохнув. «На такие операции надо брать с собой маскировку, — шутливо подумала она, спускаясь по лестнице вниз, — интересно, как там остальные?» С улицы доносились звуки работающих уличных роботов. Выглянув через окно кухни, Хара хмыкнула и открыла холодильник, извлекая оттуда смоул и клубничный примир. Кулинария анимагенов претерпела сильные изменения за семь лет существования. Кухни Сольтена исправно готовили пищу, постоянно дополняя её новыми вкусами и техниками изготовления, которые с завидной регулярностью генерировала Кари, ставшая местной легендой со своими рецептами. Хара только усмехнулась, мысленно радуясь за подругу. В конце концов, запах её стряпни всегда напоминал о доме, когда она репетировала в Эноле. Военный городок близ Неолона превратился в обыкновенный посёлок, где жили люди и анимагены. И там же, на большой сцене, Хара исполнила первую песню, окончательно решив стать музыкантом.