Без того, с кем она даже не встречалась… каким бы жалким это ни было?
Шон улыбнулся и кивнул.
— Пока. Может, нам обоим именно сейчас нужна обыкновенная дружба.
Через двадцать минут они были в забегаловке "У Мо". Едва парочка сделала заказ, как дверь открылась и в заведение вошёл объект самых грязных — ладно, самых греховных — фантазий Джейми.
Как обычно он выглядел бесстрашным, резким, сильным и таким чертовски горячим, что Джейми затаила дыхание.
Его властная, уверенная, целеустремлённая походка не должна была быть такой чертовски привлекательной, учитывая, что он граничил с дерзостью, но горячила кровь и возбуждала волчицу. Джейми могла поспорить, что и в постели он был таким же властным и умелым…
"Нет, больше никаких мечтаний о нём!"
Внутренний голос был прав. Джейми снова сосредоточила внимание на Шоне, улыбнулась ему и попросила бога, чтобы её тело так отзывалось на него, а не на дерзкого придурка по другую сторону забегаловки. Вот чёрт.
Глава 2
— Судя по довольной улыбке, ты пригласил на эту встречу не ради защиты чести Глори, — заметил Данте Нику после того, как он, Тао, Трик и Маркус обменялись вежливыми кивками с Ником, его Бетой, телохранителем и Главой охраны.
— Так и есть, — ответил Ник, когда все собравшиеся расселись за длинным столом. — Не из-за того, что Глори имеет привычку рассказывать сказки, а потому что считаю, что у тебя достаточно мозгов, чтобы не отказываться от своей пары.
Несмотря на небрежность позы, Данте понимал, что Ник Акстон нисколько не расслаблен.
Казалось, сила так и гудела вокруг Ника, напрягала мускулы, будто при самом малейшем сигнале он был готов ударить.
Ника не окутывал воздух угрозы и опасности, как Трея, но он имел непреклонный взгляд, который мог нервировать людей. Таящаяся в его острых зелёных глазах тьма почти окутывала их. Это были глаза того, кто много повидал вещей, видеть которые не желал.
Все собравшиеся заказали кофе, а Маркус, который явно был ещё голоден, заказал бургер.
— Как, наверное, ты уже догадался, я не могу и не хочу позволить, чтобы её делишки задурили вам головы, — сообщил Данте Нику. — Ложное утверждение — серьёзное обвинение, которое не стерпит ни один оборотень. Сказав это, я признаю, что у тебя, как у её Альфы, есть право разобраться с этим делом. Поэтому вопрос в следующем: готов ли ты приказать ей прекратить бросаться ложными обвинениями или же мне стоит принять в этом участие?
Какое-то мгновение Ник просто молчал.
— У меня уже состоялся длинный разговор с Глори. Она утверждает, что ошиблась, да мы и так знали, что она говорит полную чушь. Её наказали соответствующим образом и приказали прекратить бросать на тебя ложные претензии. Но с её братьями я ничего не могу поделать. Все они состоят в разных стаях, поэтому, если они, вдруг, решат наведаться к тебе за то, что ты оскорбил честь сестры, я не смогу их остановить.
— Полагаю, у вас нет никакого понятия почему Глори оболгала Данте? — спросил Тао Альфу.
Ник надулся.
— Чтобы ответить на этот вопрос мне нужно понять, что движет женщинами. А пока я над этим ещё работаю.
— Ник, тебе нужно понять только одно. — Выражение лица Данте было серьёзным. — Я ценю, что ты связался со мной по поводу её претензий и призвал Глори к ответу. Но если она продолжит предъявлять какие-нибудь претензии или распространять обо мне ложь, я не попрошу вмешиваться от моего имени. Буду действовать сам без твоего разрешения.
Ник пожал плечами.
— На твоём месте я бы поступил так же. Полагаю, Трей не позволил придти Тарин на встречу из-за беременности.
— Мы планируем рассказать им обо всём позже, — объяснил Тао.
— Отличное решение. — Ник одобрительно кивнул. — Тарин не сможет с боем посетить встречу, которая уже состоялась. Как проходит её беременность?
Данте улыбнулся.
— Она не сгорает от счастья из-за раздувшегося живота, её настроение меняется каждые восемь минут, но в остальном она в порядке.
— Она общается с отцом или он снова от неё отрёкся?
— За последний месяц Тарин общалась с ним несколько раз, но и то только потому, что вела переговоры по переходу Шайи в нашу стаю.
— А как… эм… поживает Шайя? — Данте понимал небрежность, с которой приходилось говорить Нику.
Альфе искренне нравилась Шайя. Данте был в этом уверен. Всякий раз, когда Ник оказывался на территории стаи Трея, он смотрел на Шайю с таким же неприкрытым голодом, как Данте смотрел на церемонию соединения Трея и Тарин. Хотя, странно, Альфа никогда не заговаривал с ней, а болтушка не пыталась ни разу заговорить с ним… как будто по взаимному согласию делали вид, что друг друга не существует. Это было странно, если не сказать больше.
— С ней всё хорошо.
Внезапно мимо, соблазнительно виляя бёдрами, прошла высокая, стройная блондинка… и парни за столом едва не начали пускать слюни. Вероятно, у Данте была бы такая же реакция, если бы он не отвлёкся. В воздухе ощущался знакомый аромат, от которого ожили все нервные окончания Беты.
Сбитый с толку и заинтересованный такой реакцией, Данте медленно обвёл взглядом забегаловку, и рот сжался в твёрдую линию, когда взгляд остановился на круглом столе. Твою ж мать. Волк Данте тут же пришёл в готовность, узнав пухлый рот, длинные чёрные волосы и дымчато-голубые глаза с озорными искорками. Но если член тут же дёрнулся и затвердел, настроение из расслабленного превратилось в взбудораженное.
Потому что девчонка была не одна. Нет, она сидела за столиком с каким-то парнем и улыбалась ему той сияющей улыбкой, к которой Данте не мог никогда равнодушно относиться. Вот только обычно эффект от этой улыбки сказывался на паху. Сейчас же у Данте скрутило внутренности, потому что улыбка предназначалась не ему.
То же самое Данте ощутил сегодня утром, когда Джейми перекидывалась шуточками с Домиником.
"Неужели ты ожидал, что она будет сидеть рядышком, даже если ты не даёшь ей никакого поощрения?"
Вот только, да, так он и считал. Именно это она и делала каждое утро.
Данте осознавал, что разговор продолжается, и даже временами он принимал в нём участие, но основное внимание его было приковано к Джейми, которую он мысленно упрашивал на него посмотреть. Упрашивал хоть на одну грёбаную минутку отвести взгляд от того засранца. И вот, внезапно, она так и сделала, и их глаза встретились. Данте мог поклясться, что Джейми чуть вздрогнула, но затем улыбнулась ему холодно и вежливо, и вернула внимание к собеседнику за своим столом.
Волк Данте зарычал на это равнодушие, заставляя Бету подойти к девчонке. Так вот причина, из-за которой она больше им не интересовалась. И что такого особенного было в том парне? Выглядел он как обычный хорошенький мальчик. Не то чтобы Данте это заботило — заботило его эго, а это совсем другое: внезапное безразличие Джейми оказалось ударом, а ни один доминантный волк хорошо не отнесётся к уязвлению эго. Вот в этом-то и дело.
