День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

— Кто старший? — Человек в камуфляже обвел взглядом нестройную шеренгу патрульных, чувствовавших себя не в своей тарелке, очутившись на передовой. — Командир, ко мне!

Замначальника отдела подошел неторопливо, с достоинством, и нервно дернулся, словно от пощечины, когда ему в лицо ударил злой окрик:

— Живее, ко мне!

— Майор Козлов, московская полиция. А ты из какого отдела, земляк?

— Полковник Быстрицкий, командир батальона оперативной бригады Внутренних Войск.

— Виноват, товарищ полковник! — Майор разом подобрался, втянул живот, пытаясь принять какое-то подобие стойки смирно. — Жду ваших приказов!

Быстрицкий не спешил, нарочито медленно вытащив из кармана мятую пачку сигарет, вытряхнул папиросу, прикурил, щелкнув дешевой зажигалкой, и, с наслаждением затянувшись, произнес:

— Занимаете оборону здесь. Ставьте свои машины поперек дороги. Вашим бойцам лучше расположиться вдоль обочин, за припаркованным транспортом. Мы вас поддержим огнем. И приведи своих людей в чувство, майор, а то они у тебя трясутся и бледнеют, как монашенки перед кабинетом гинеколога!

Две бронированные «Газели» вместе с тремя «Фордами» дорожного патруля образовали чисто символическое заграждение. полицейские, заняв позиции за припаркованными вдоль автострады машинами, постоянно оглядывались на ворочавшиеся в сотне метров позади них БТР, вращавших башенками с пулеметами. С одного из них спрыгнул боец с винтовкой СВД, крикнув:

— Братишки, подсобите! Нужно три человека!

Колобов одним из первых подскочил кинувшись вслед за спецназовцем к одному из грузовиков. Из кузова ЗИЛ-131 двое солдат вытаскивали длинные ящики, окрашенные в стандартный зеленый цвет. В одном из них лежали длинные тубусы ПЗРК «Игла». Подхватив их, несколько прибывших с Быстрицким бойцов бодро двинулись к ближайшим высоткам. Полковник пояснил:

— В условиях высотной застройки цели перекрыты, так что с восьми километров ракетой нас не накрыть. Амерам придется подходить вплотную, а тут ребята с ЗРК их и встретят.

— Какие ЗРК? — Майор Козлов фыркнул, раздраженно сплюнув себе под ноги. — Да у них такие бомбы, что целый квартал за раз с землей сравняет! Прихлопнут, как тараканов!

— Все же здесь кругом жилые дома, десятки тысяч мирных граждан. Ну а если это не остановит американцев, я буду счастлив уже от того, что умер, пытаясь хотя бы защитить свой родной город. И, умирая, буду верить, что кто-то сумеет завершить начатое нами здесь. Но умирать я не собираюсь!

Следом за зенитчиками готовить позиции в многоэтажках направились снайперы, вооруженный новыми винтовками СВД-К калибра 9,4 миллиметра с мощными оптическими прицелами 1П70 «Гиперон». Открыли еще несколько ящиков, в которых лежали темно-зеленые цилиндры длиной примерно метр. Указав на них, Быстрицкий взглянул на полицейских, спросив:

— Гранатометами пользоваться кто умеет? Это РПГ-26 «Аглень», одноразовый реактивный гранатомет. Дальность стрельбы — до двухсот пятидесяти метров. На этой дистанции кумулятивная граната пробивает сорок четыре сантиметра стальной брони, так что всему, что против нас двинут янки, хватит с лихвой.

Полковник вытащил из ящика гранатомет, пояснив:

— В боевое положение приводится просто. Вот целик, вот мушка, подняли их — и можно стрелять, если нажать сюда. Берите, здесь хватит на всех.

В этот момент высунувшийся из открытого люка БТР прапорщик, державший на коленях портативный ноутбук, крикнул:

— Товарищ полковник, есть картинка! Колонна в десяти минутах!

— А это что? — забывший от волнения про субординацию Колобов, не сдержавшись, указал на компьютер.

Быстрицкий, смерив взглядом сержанта, довольно ухмыльнулся:

— Не только у пиндосов есть беспилотники. Над шоссе кружит наш «Дозор», ведет разведку. Так что никто не появится нежданным. — Офицер глянул на экран, присвистнув: — Похоже, к нам в гости идет целый батальон легкой пехоты. Там штук тридцать «Хаммеров». Все, бойцы, по местам! Без команды не стрелять!

Закинув на плечо сразу два РПГ, Колобов кинулся к массивному внедорожнику «Мицубиси», за которым его ждали еще трое патрульных, нервно тискавших автоматы. Едва сержант добрался до укрытия, к ним присоединились двое бойцов в армейской «цифре». Один из них установил на капот пулемет «Печенег», и, рванув рукоять заряжания, обернулся к перепуганным полицейским, подмигнув им и усмехнувшись:

— Не дрейфь, братва! Подумаешь, батальон? И покрупнее лилипутов видали! Главное, стреляйте туда же, куда и мы!

Второй «внутряк» прилаживал на плече массивный цилиндр транспортно-пускового контейнера, разрисованный пятнами камуфляжа. Перехватив вопросительный взгляд Александра Колобова, он с гордостью пояснил:

— «Шмель», реактивный пехотный огнемет. Тандемная боевая часть в два кило весом — кумулятивный заряд и капсула с аэрозольной взрывчаткой! Жахнет не хуже гаубицы!

Колобова начала бить дрожь, такая, что зубы отчетливо клацали. Это был первый бой, которого сержант ждал осознанно. Стычка с американцами на летном поле Внуково не в счет, тогда вообще никто ничего не понимал, да и какой это бой, когда АК против бомб с лазерным наведением. Доводилось Александру участвовать в перестрелках, и будучи милиционером, и теперь, став сотрудником полиции, но все это случалось спонтанно, и он действовал на рефлексах, начиная бояться, когда все уже заканчивалось. А вот теперь стало по-настоящему тяжко, аж тошнота подкатывала к городу. Колобов крепче сжал свой автомат, легонько коснувшись изгиба спускового крючка, и, как ни странно, полегчало, хоть и не слишком. Он покосился на своих товарищей, таких же бледных, напряженных, трясущихся от нехороших мыслей, которые так трудно было прогнать прочь. Но никто не задумывался о том, чтобы просто уйти, спасти свою жизнь.

Редкие прохожие, издали наблюдавшие за маневрами техники, исчезли, будто что-то чувствовали. А буквально через пару минут в небе мелькнул крестообразный силуэт беспилотного разведчика. Американский RQ-7 «Шэдоу» прошел над проспектом. Как только он оказался над позициями Внутренних Войск, башни БТР разом развернулись, стволы взметнулся в зенит, и с грохотом открыли огонь разом три КПВТ. Через секунду к ним присоединилась тридцатимиллиметровая пушка БМП-3, спаренная с основным орудием калибра сто миллиметров, создавая над улицей завесу заградительного огня. Бледные вспышки трассеров пересекли траекторию полета «дрона», и находившиеся на земле люди увидели, как от него еще в воздухе что-то отваливается, и дорогая игрушка, дымя и кувыркаясь, исчезает где-то за домами. А над шоссе уже разносился рев приближавшихся «Хамви».