«Если», 2012 № 01 - Журнал «Если»

Дастин снова откинулся в кресле, ошарашенный внезапной переменой ролей. Как этот… шарлатан… сумел перехитрить его?

Шелли учуяла запах крови и жадно, с инстинктом настоящего тележурналиста, ухватилась за свежачок.

— Это невероятное предложение, — подхватила она. — Что вы об этом думаете, доктор Вегнер? Согласны ли вы сделать ставку реальным вкладом, а не на словах, как у нас говорят?

«Спасибо, Господи», — подумал Дастин. А вслух произнес:

— Кстати, о деньгах. Как вы намерены финансировать исследования? Настоящая наука требует средств.

Летурно кивнул:

— Конечно, требует. Поэтому на исследование гомеопатии, да и других натуральных лекарств, средства выделяются гомеопатическими дозами, простите за каламбурчик. Вследствие чего я предлагаю продюсерам программы «Второе мнение» финансировать нашу совместную затею. Вы будете творить историю медицины, мисс Нгуен. Вы сможете раз и навсегда либо доказать, либо развенчать пользу целой отрасли нетрадиционной медицины.

Шелли побледнела:

— Вы хотите, чтобы мы оплачивали исследования?

Дастин не смог удержаться и сказал:

— Это звучит как вызов. Согласны ли вы сделать ставку реальным вкладом, а не на словах, как у нас говорят?

Шелли глянула на него так, словно он предложил ей раздеться перед камерой. Потом расхохоталась:

— У вас хоть есть представление, сколько денег дает это шоу? Или следует сказать — не дает.

— Оно дает две целых и три десятых миллиона долларов поступлений от рекламы за один выпуск программы, — ответил Летурно. — Я взял на себя смелость просмотреть кое-какую информацию. А ваш гонорар — семьдесят шесть тысяч за выпуск, это чуть больше тысячи долларов за минуту. Исследование, которое я предлагаю…

— Стоп! — крикнула Шелли. Она вскочила со своего места, шнур микрофона зацепился за подлокотник кресла и дернул ее блузку вниз, моментально открыв гораздо больше, чем она предполагала демонстрировать. — Отключите камеры! Запускайте рекламу!

Техник за пультом управления хлопнул по выключателям и повернулся к Шелли:

— Я выключил на словах «за минуту». Сожалею, но мы на короткой задержке с тех пор, как сломалась космическая станция.

Ведущая сердито посмотрела на него, потом на Летурно:

— Да черт побери, кем вы себя возомнили?! Какое вы имеете право разглашать в эфире мой гонорар?

— Я практикующий медик, которому нужна ваша помощь. И ваша, — добавил он, кивнув Дастину.

— У вас чертовски необычный способ просить о помощи, — заметил Дастин.

Летурно пожал плечами:

— А что, любой из вас помог бы мне, используй я более традиционные методы?

— Вы сумасшедший! Здесь вам помогут только вылететь за дверь. Сэмми, проводи этого психа до его машины.

Один из операторов выступил было вперед, но звукотехник за пультом вдруг сказал:

— Ух ты, Шелли, телефоны просто раскалены. Все восемь линий заняты. Не думаю, что ты хотела бы вернуться в пустую студию и сама отвечать на телефонные звонки оставшиеся сорок минут.

Ведущая поразмыслила.

— Ты прав, этого я не хочу.

Она отцепила микрофон и сошла со студийного подиума, но техник сказал: «Девяносто секунд», — и она остановилась в раздумье. Дастин подсчитал: две целых три десятых миллиона рекламных баксов, пусть не пройдет даже всего две трети от общей суммы, если программа не выйдет в эфир всю остальную часть часа. Если она закатит истерику, перед ней замаячит перспектива потери более полутора миллионов долларов. Ей придется отрабатывать долг, и даже при семидесяти шести тысячах за передачу ведущая не расплатится до конца года.

— Используйте звонящих, — предложил Летурно. — Бросьте вызов им.

Две с половиной минуты спустя, после дополнительной минуты социальной рекламы, пока Шелли спорила по телефону с продюсером, все снова вернулись на свои места.

— Эфир через пятнадцать… десять… пять… — и безмолвный обратный отсчет.

Шелли сидела в кресле, безупречная, как всегда. Большая красная телефонная трубка стояла на стеклянном столике.

— Добро пожаловать на второй раунд передачи «Второе мнение», — поприветствовала она зрителей. — Для тех, кто недавно присоединился к нам, повторяю: справа от меня доктор Дастин Вегнер, а слева — доктор Летурно. Доктор Летурно предложил, мягко говоря, интересный эксперимент: он призвал доктора Вегнера ассистировать ему в научном исследовании гомеопатической медицины, чтобы оно проходило по строжайшим стандартам Центра инфекционного контроля и финансировалось «Вторым мнением». Хотя я не слишком довольна тем, что мой гонорар объявили во всеуслышание, должна признать: наш гость добился своего — я могу позволить себе сделать ставку материальным вкладом, а не на словах. Поэтому здесь и сейчас я согласна внести свой полный гонорар за сегодняшнюю передачу в проект доктора Летурно.

Она широко улыбнулась и снова обратилась прямо в объектив камеры:

— Но только в том случае, если вы сделаете то же самое. Я передаю вызов каждому из наших слушателей: согласны ли вы сделать ставку не на словах, а на деле? Согласны ли вы вложить реальные деньги? Сейчас сотни из вас берут телефонные трубки и набирают наш номер, чтобы высказаться о необходимости финансировать этот проект. Доктор Вегнер согласился принять в нем участие лишь в том случае, если финансирование будет достаточным для тщательного и правильного выполнения всех работ. Значит, дело за вами. Готовы ли вы вложить зарплату за один день в науку, чтобы прояснить одну из величайших тайн в истории медицины?

Когда это Дастин согласился участвовать в нелепом проекте? Он не говорил, что будет, но потом бросил Шелли вызов, и она спокойно могла посчитать это готовностью сотрудничать. Честно говоря, ему уже начинала нравиться мысль доказать ложность гомеопатии раз и навсегда. Если Шелли машет перед ним пачкой баксов, он с удовольствием проведет тестирование двойной анонимности. Шелли взяла телефонную трубку.

— Здравствуйте, вы в эфире, — сказала она. — Вы хотите поддержать нашу попытку раз и навсегда ответить на этот вопрос? Мы предлагаем каждому звонящему пожертвовать на исследования свой дневной заработок. Один день на науку. Вы с нами?

Последовало долгое молчание. «Интересно, — подумал Дастин, — там трубку повесили или связь со студийным оборудованием отключилась?..» Но вдруг донесся нерешительный голос:

— Ну… я не слишком много зарабатываю в «Макдоналдсе», но думаю, я, конечно, могу…

К концу передачи собрали два миллиона долларов. Аванс, по большей части оплаченный кредитными картами. Когда техник молча отсчитал на пальцах секунды до конца передачи «четыре-три-два-один-ноль», Шелли потянулась к Летурно и смачно поцеловала его в губы.