Брат мачехи. Моё лето без морали - Лия Хиро
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Я быстро попрощалась с родными и, сославшись на усталость и головную боль, практически сразу ретировалась в свою комнату.
Первым делом зашвырнула сборник стихов Стаса в дальний угол комнаты, чуть не сорвав с креплений гардину.
Гардины... Снова тело сладко заныло от воспоминаний о том, настолько близко Стас ко мне подобрался. Какой пожар вспыхнул между нами там, внизу, на этой стремянке...
Хотя, почему это "между нами"? Только я потекла, как наивная дурочка! И почему он так на меня действует? Почему?
Даже не поняла, как разделась и оказалась в душе. Пальцы против моей воли опустились на возбуждённые складочки между ног и начали их потирать. Вторая рука на грудь - нежно обвела контур соска и оттянула вершину.Вполне сносно, уже не болит. Да и отремонтированный душ в моей комнате тоже очень кстати. Теперь не придётся пользоваться общим и лишний раз сталкиваться с дядюшкой Стасом.
Пальцы мягко надавили на отвердевшую бусинку клитора, и я застонала. Возбуждение накрыло меня так неожиданно, что сил сдержаться и унять его больше не осталось. Ещё немного...
- О-о-о... - Я привалилась лбом к тёплому кафелю и ещё шире раздвинула ноги. Скользнула пальчиком в себя...
- Рина? Можно войти? Мне нужно тебе кое-что сказать!
Стас? Какого фига ему тут надо?
Вот чёрт! - я перепрыгнула через край душевой. Стараясь усмирить возбуждённое дыхание, потуже обернулась полотенцем и кинулась открывать.
Глава 15
- Регина! Ты здесь? Открой! Мне нужно кое-что тебе сказать! - решительный, глубокий голос Стаса заставил моё перепуганное сердце трепетать ещё сильнее.
- Уже отк-крываю... - а голосовые связки дрожать. Чёрт! Как ты не вовремя, Стас!
Распахиваю дверь и сразу отхожу на несколько шагов назад. Прижимаю подрагивающие от волнения пальцы к полотенцу, закрученному на груди в большой узел и вопросительно приподнимаю бровь.
- Извини. Вижу вытащил тебя из душа, - он сокращает между нами расстояние. По выражению, промелькнувшему в его глазах, я понимаю, что Стас не остановится, пока не прижмём меня к противоположной стене и не запечатает рот поцелуем.
Рефлекторно приоткрываю нижнюю губу и упираю взгляд в чётко очерченный рот Стаса.
"Нельзя ему это позволять! Ни в коем случае! Обязательно устоять! Любыми способами!" - начинает истерить мой внутренний голос.
- Я на минутку, не задержу дольше. Всё равно у меня ещё встреча в городе. - Начинает Стас и выгибает губы в своей самой милой и невинной улыбке.
- Ну, хорошо. Валяйте! - храбрюсь я, а сама на ниточке от того, чтобы не наброситься на дядюшку первой и не сдёрнуть его, как специально, слишком обтягивающую футболку.
- Хотел предупредить об ужине в ресторане...
- Угу... Я слушаю, - голос меня предаёт и дрожит, как у абитуриентки на вступительном экзамене.
- Думаю, ты поняла, но всё же решил предупредить, что это сюрприз. Марина ничего не должна знать заранее. - Он улыбается ещё шире, почти как в рекламе отбеливающей зубной пасты.
А мне эта улыбка кажется насмешкой. И чрезмерная идеальность и белизна его зубов, и чуть приподнятый правый уголок рта, и даже сам приход дядюшки выглядят так, как будто он меня дразнит!
Значит я тут перед ним чуть ли не стекаю на пол от желания и восторгов, а этот... засранец пришёл просто предупредить меня, чтобы не испортила сюрприз?
Свидание у него видите ли!!! Или, как он выразился "встреча"! Знаем мы какие встречи устраивают в десять вечера! Неужели с этой цацей Леной? Или ещё с кем-то? А может нашёл себе новую молоденькую сабочку и вовсю развлекается?
Почему-то от такого предположения моё сердце болезненно сжимается, и ощущается в груди одеревеневшим, пересохшим черносливом. Но помимо этого в мозгу вспыхивает ещё и дурной, неразумный план, который требовательно просит немедленного воплощения в жизнь.
- Конечно я догадалась. Можете не беспокоиться, дядя Стас, - разворачиваюсь к шторе. К той самой, куда несколько минут назад залимонила его книгой. И наклоняюсь. Нарочито сексуально выставляю заднюю часть тела и прогибаюсь по-максимуму. Чтобы было на грани - Стасу ничего "такого" не показать, но уже почти... Должно взбудоражить кровь и вот тогда мы посмотрим, как он запоёт и вспомнит ли вообще о своём свидании. - Подождите минутку, тут ваша книга. Всё никак не соберусь вернуть...
Чувствую, как узел на груди натянулся до предела и начал ослабляться. И вновь новая дурная мысль сменяет предыдущую. А почему бы и нет? Если Стас и на это не отреагирует, значит точно начал с кем-то встречаться!
Выпрямляюсь, и подхожу к нему. Протягиваю дядюшке его излюбленный сборник стихов.
Оп! Вот так «оказия»! Ткань окончательно разворачивается и падает на мои ступни тяжёлым, влажным грузом.
- Ой! - ну надо же, какой неловкий момент! Главное - максимум невинности и стыдливости во взгляд и ни в коем случае не переигрывать. - Простите...
- Ничего страшного, - Стас наклоняется за полотенцем и до одурения медленно выпрямляется обратно. Его лицо безумно близко от моего тела. Ощущаю горячее дыхание мужчины сначала на левом бедре, потом на чувствительном участке между лобком и пупком. И как же тешит моё женское самолюбие его моментально подсевший голос и то, как он исказился на середине слова "страшного".
Не дышу. В нетерпении прикусила губу и стиснула бёдра, чтобы успокоить ноющую плоть между ног.
Ну так как, дядя Стас? Что вы теперь мне скажете?
Он вытянулся в полный рост. Сверкнул почерневшими от эмоций глазами и мне кажется, что воздух в комнате стал горячее градусов на двадцать. Запылал, как возле жерла вулкана.
Стас на пару секунд задержал взгляд на моих зудящих в ожидании поцелуя губах и лишь на долю секунды соскользнул на обнажённую грудь.
- Ты, кстати, как? Получше?
Не сразу сообразила о чём он. Должно быть про застой молока спросил.
- Лучше, - пискнула я как придавленная дверью мышь и тут же оказалась в его могучих объятиях.