Ты только попроси. Сейчас и навсегда - Максвелл Меган

– Ну, Джуд, давай, возьми меня!

Мой немец пробуждает во мне такое желание, что я ощущаю, как щеки заливаются багрянцем. Это не камин меня разгорячил, это Эрик. Мой немец. Мой командир. Мой упрямец. Мой Айсмен.

Я хочу, чтобы он получил столько же удовольствия, сколько и я, устраиваюсь поудобней и обхватываю его член руками. Он безумно нежный. Я говорю Эрику взглядом: «Расслабься и наслаждайся…» – и, не терпя больше ни секунды, ввожу его в свою киску.

Влажная, скользкая, я чувствую, что он входит в меня очень глубоко. Боже мой, какое же наслаждение! Я начинаю двигать бедрами влево и вправо и потом резко к нему прижимаюсь. Тяжело дыша, Эрик закрывает глаза. Ему нравятся мои покачивающие движения. Отлично! Опять начинаю двигать бедрами, опираюсь руками ему в грудь и требую:

– Посмотри на меня.

Для такого момента у меня, должно быть, слишком требовательный тон. Эрик сразу же открывает глаза и смотрит на меня. Теперь приказываю я. Он попросил меня взять на себя инициативу, и я ощущаю себя всемогущей. Вскоре я начинаю по-другому двигать бедрами и, сделав резкий толчок вперед, чувствую, что Эрик, прерывая дыхание, сладостно напрягается.

Он кладет руки мне на бедра. В нем просыпается дикий зверь. Но я убираю его пальцы и, переплетая свои руки с его руками, шепчу:

– Не двигайся… Позволь мне.

Он хочет. Он возбужден. Он распален.

Его взгляд говорит мне все, что я хочу услышать, сейчас я знаю, о чем он может только попросить меня. Знаю, о чем он думает. Знаю, чего страстно желает. Я снова начинаю быстро двигать бедрами. Впиваюсь в него взглядом, и Эрик снова тяжело дышит. Я тоже еле дышу.

– Боже мой, малышка!.. Ты сводишь меня с ума.

Я снова и снова повторяю свои движения.

Довожу его до пика наслаждения, но не даю ему закончить. Я хочу, чтобы он почувствовал то, что почувствовала я несколько минут назад. Его взгляд темнеет. А я улыбаюсь. Ах, как же меня заводит, когда он так на меня смотрит!

Он пытается схватить меня руками, но я опять удерживаю их и продолжаю круговые быстрые движения, доводя его до того, чего хочу. К экстазу. Но его наслаждение – это и мое наслаждение. И когда я понимаю, что мы сейчас сгорим, ускоряю напор до тех пор, пока меня не охватывает потрясающий оргазм, а мой обезумевший Айсмен не просто взбирается, а прямо взлетает на пик страсти.

Довольная, падаю на него, и он меня обнимает. Мне нравится чувствовать его рядом. Наше неровное дыхание понемногу восстанавливается.

– Смугляночка, я тебя обожаю, – говорит он мне на ухо.

Слова, полные любви, сводят меня с ума, и я лишь могу улыбаться, как дурочка, пока его руки крепко обнимают меня за талию.

Его и мое тепло сливаются вместе, и я, подняв голову, целую его. Некоторое время мы лежим на ковре, но, когда Эрик видит мою гусиную кожу, предлагает встать.

Мы встаем, он берет с кресла темный плед и накидывает на меня. Затем, все такой же голый, он садится и усаживает меня к себе на колени, убирая растрепавшиеся волосы с моего лица.

– Что было в твоей маленькой головке, когда ты сказала, что хочешь поиграть во все, что я захочу?

Оп-ля! Этот вопрос застал меня врасплох. Я его вовсе не ожидала.

– Джуд, давай, – подбадривает он меня, увидев мой взгляд. – Ты всегда была откровенной.

Невероятно. Как он узнал, что я что-то скрываю? В конце концов, решившись рассказать, я отвечаю:

– Ну… я… правда в том, что… я даже не знаю, как тебе это сказать. – Эрик улыбается, и я сдаюсь: – Ладно, эх… я расскажу тебе. Мне нравится заниматься с тобой любовью, это потрясающе и восхитительно. Это самое лучшее для меня. Но пока я об этом думала, мне пришла в голову мысль о том, что если бы нас было трое на этом ковре, то все было бы намного развратнее. – И быстро добавляю: – Но, дорогой, ты ничего такого не подумай, ладно? Я обожаю секс с тобой. Это восхитительно! Не знаю даже почему, мне пришла в голову такая странная мысль. А поскольку ты попросил быть с тобой откровенной и… и… Ну, правда… правда, мне очень нравится, когда мы с тобой одни и…

Его взрыв смеха прерывает мою тираду. Обнимая меня вместе с пледом, Эрик говорит:

– Дорогая, я в восторге оттого, что ты хочешь поиграть. Секс с тобой фантастический, а игра – это дополнение к нашим отношениям.

Довольная его ответом, бормочу:

– Как ты хорошо это назвал! Дополнение.

Эрик еще раз целует меня в шею. В его голосе звучит счастье:

– Пока что, красавица моя, я хочу тебя иметь только для себя. А дополнение мы включим в другой раз.

Мы смеемся и выходим из кабинета, чтобы предаться долгой ночи любви и страсти.

14

Утром мне стоит большого труда вспомнить, где я нахожусь, но тут я слышу аромат Эрика и, когда полностью открываю глаза, вижу, что он в постели рядом со мной.

– Добрый день, дорогая.

Я так счастлива, что он до сих пор остается со мной в постели.

– Добрый день, дорогой.

Эрик наклоняется поцеловать меня, но я его удерживаю. У него на лице такое удивление, что мне приходится объяснить:

– Дай мне хотя бы почистить зубы. По утрам я сама себе противна.

Не дожидаясь ответа, вскакиваю с кровати, иду в ванную, за пару секунд чищу зубы и, не причесавшись, выхожу из ванной, опять прыгаю в кровать и обнимаю его:

– А сейчас можно. Поцелуй меня сейчас же.

Его не стоит долго упрашивать. Он целует меня, его руки плотно обнимают мое тело, и я в блаженстве прижимаюсь к нему. После долгих поцелуев я шепчу:

– Послушай, дорогой, я тут подумала…

– Хм, я начинаю бояться… Когда ты думаешь – это опасно! – подкалывает меня Эрик, улыбаясь.

Смеясь, щиплю его за шею и продолжаю:

– Я вот что подумала… Раз уж я сейчас здесь, то не нужно никого нанимать присматривать за Флином, когда тебя не будет дома. Как тебе такая идея?

Эрик долго на меня смотрит и наконец переспрашивает:

– Ты уверена, малышка?

– Да, здоровяк. Уверена.

Еще некоторое время мы болтаем, обнявшись в постели, пока вдруг не открывается дверь.

Прощай, интим!

В дверях появляется нахмуренный Флин. Похоже, он не удивлен тем, что видит меня: наверное, Эрик ему уже сказал, что я здесь. Не обращая на меня внимания, он подходит к кровати и говорит:

– Дядя, звонит твой мобильный.

Эрик отпускает меня, берет телефон и, встав с постели, идет разговаривать к окну. Флин все так же не поворачивает головы в мою сторону, но я-то все равно собираюсь подружиться с ним.

– Привет, Флин! Какой ты сегодня красивый.

Паренек смотрит на меня. О да! Обводит меня прищуренным взглядом и бросает:

– У тебя волосы, как у сумасшедшей.

И не сказав больше ни слова, разворачивается и уходит. Ох уж этот китаец! Ах, нет… Кореец-немец.

Признаю, этот мальчик на диво крепкий орешек. Я встаю с постели, иду в ванную и смотрю в зеркало. У меня действительно волосыкак у сумасшедшей! Вчера вечером они намокли, и сейчас они и не гладкие, и не волнистые, да к тому же еще и спутанные.

Через зеркало я вижу, как в ванную входит Эрик. Он обнимает меня сзади и кладет подбородок мне на макушку:

– Малышка, тебе нужно одеться. Нас ждут.

– Ждут? – удивленно переспрашиваю я. – Кто нас ждет?

Но Эрик не отвечает, еще раз целует меня в макушку и, перед тем как уйти, говорит:

– Жду тебя в гостиной. Поторопись.

Оставшись одна в ванной, смотрю на свое отражение в зеркале. Ох уж этот Эрик со своими секретиками! Наконец я решаю принять душ. Вернувшись в спальню, с улыбкой замечаю, что Эрик оставил на кровати мои сухие джинсы и рубашку. Какой он милый! Одевшись, собираю свою шевелюру в высокий хвост. Когда я вхожу в гостиную, Эрик встает и вручает мне голубое пальто. Оно не мое, но моего размера.

– Твое пальто до сих пор мокрое. Надень это. Пойдем…

Только я хотела спросить, куда мы едем, как появляется Флин, одетый в пальто, шапку и перчатки. Не успев сказать и слова, Эрик берет меня за руку и ведет в гараж. Мы все трое садимся в «Мицубиси» и отправляемся в путь. Когда мы проезжаем мимо мусорных баков, я присматриваюсь. Теперь я отлично вижу, что на снегу лежит пес. Мне так жаль его. Бедняга, как ему должно быть холодно!