Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

Видно было, как ерзает Иро Шан: ситуация тоже угнетала его. Стараясь придумать что-нибудь, что могло послужить завязкой для общей беседы и разрядить напряженность, я рассказал о наших испытаниях, когда мы оказались между двумя смыкавшимися слоями облаков, и спросил, спускаются ли в Гей когда-нибудь облака до самой земли.

Товар ответил «нет». Это был весь его вклад в беседу.

— Облака спускаются иногда очень низко, — произнесла Йонда.

Нула, которая до сих пор не вступала в беседу, прошипела: «Заткнись, дура!» На этом разговор окончательно завял. Как ни странно, его оживила Нула.

— Никто из людей никогда не поднимался за облака, — произнесла она. — Колдун может это сделать, а нормальный человек нет.

Снова последовало долгое молчание, во время которого слуги принесли еду и поставили на стол. Товар сказал:

— Давайте поедим.

Пища не отличалась ни изысканностью, ни разнообразием: в основном овощи, немного фруктов и немного очень жесткого мяса, видимо, зората. Напомню, что зорат — это амторская лошадь.

Люблю побеседовать за едой, поэтому предпринял новую попытку.

— Кто этот Моргас, о котором вы упомянули?

Они были явно удивлены вопросом. Нула фыркнула и дополнила свой блестящий образчик остроумного ответа:

— Как будто вы не знаете!

— Сожалею, что обнаружил свое невежество, но не имею ни малейшего представления о том, кто такой Моргас, поскольку никогда раньше не бывал в вашей стране.

— Хм! — выразила сомнение Нула.

Товар прочистил горло, откашлявшись, и посмотрел, извиняясь, на Нулу.

— Моргас — колдун, — пояснил он. — Он превращает людей в залдаров.

Остальные подтвердили его слова кивком головы. Стало ясно, что все они сумасшедшие. Однако после обеда в широких бокалах подали что-то напоминавшее неплохой коньяк, и пришлось частично пересмотреть суровую оценку или по крайней мере отложить окончательный приговор.

Потягивая по глоточку бренди, я разглядывал картины на стенах, переводя взгляд с одной на другую. Видимо, это были фамильные портреты, написанные, как правило, очень скверно. Среди изображенных оказалась и Нула, зловещая и мрачная. Я насчитал около сотни предков, впрочем, большинство картин, казалось, выцвело от старости. Но одна сразу завладела моим вниманием: портрет поразительно красивой девушки, к тому же искусно написанный.

Я не смог удержаться от восхищенного возгласа:

— Какая красавица!

— Это наша дочь, Ванайя, — грустно произнес Товар; после упоминания этого имени и он, и Нула не выдержали и заплакали. Видимо, сыграл роль и коньяк, вызвав внезапный прилив чувствительности. По крайней мере у Нулы, потому что она уже выпила целый бокал и принялась за второй.

— Весьма сожалею, — поторопился заверить я, — что не знал, кто эта красивая девушка и что она умерла.

— Она не умерла, — произнесла Нула среди рыданий — Хотите посмотреть на нее?

Если какие-то колдуны и существовали в этом месте, то должны были находиться в бренди: напиток хотя и не превратил Нулу в залдара, но вызвал забавную метаморфозу — ее тон стал почти сердечным.

Чувствовалось, что все хотят, чтобы я встретился с Ванайей. Не желая их обидеть, я согласился. Мне казалось, это не будет таким уж тяжким испытанием — повидать такую красавицу.

— Пойдемте с нами, — пригласила Нула — Мы проведем вас в жилище Ванайи.

Она повела нас из зала в баллий. Иро Шан, который шел рядом, шепнул: «Будь осторожен, Карсон, не забудь о Дуаре!» Потом ткнул в ребро пальцем и захихикал.

— А ты помни о Налте, — посоветовал я.

— Постараюсь. Но согласись, что если Ванайя хотя бы наполовину так же хороша, как на портрете, то будет трудно вспомнить кого-нибудь, кроме нее.

Нула привела нас в заднюю часть замка, остановившись в дальнем углу отгороженного участка перед загоном, в котором маленький залдар, ростом с поросенка, стоял на коленях и пожирал лавандовое пойло из кормушки.

Залдар даже не взглянул на нас, увлеченный едой.

— Это Ванайя, — с тоской произнесла Нула — Ванайя, это Карсон с Венеры и Иро Шан из Гавату.

— Она очень грустит, — продолжала Нула сквозь рыдания. — Она так грустит, что отказывается разговаривать со своими родными, со своей матерью!

— Какое несчастье! — воскликнул я, посчитав, что лучше всего принимать с юмором этих бедных неудачников, ставших жертвами умственного расстройства. — Наверное, это работа негодяя Моргаса?

— Да, — вступил в разговор Товар. — Это сделал Моргас. Она отказалась стать его наложницей, и он украл ее, превратил в залдара и вернул нам.

Грустные, отправились мы обратно к центральному зданию.

— Ну, ты еще помнишь о Налте? — съехидничал я.

Иро Шан пренебрег ответом на вопрос и повернулся к Товару.

— Расскажите про Моргаса.

— Он всесильный вутоган, — начал наш хозяин. — Его крепость расположена выше по течению реки. Человек с дурной репутацией и дурными поступками. Он колдун: обладает способностями, превышающими возможности человека. У него много воинов, и во главе их он постоянно нападал на три остальных замка в этой части долины. Мой неприступен, и мы отбили атаки Моргаса, но, два других не устояли. Оставшихся в живых обитателей он угнал в свой замок и превратил в залдаров. Если хотите увидеть замок Моргаса, пойдемте к южной башне.

Вскоре мы взбирались по длинной спиральной лестнице, которая вела на вершину башни. Нула и остальные сопровождали нас. Она скептически фыркнула по дороге пару раз, а когда Товар указал на замок Моргаса, стоявший на возвышении и видный издалека, она ядовито произнесла:

— Как будто они его раньше не видели!