Врата на Изнанку - Катерина Тумас

Охотник отрицательно мотнул головой на попытку второго стражника вставить слово. И продолжил сам:

– Вижу, хотите спросить, чем вы не опора. Ответ прост. Вы делаете из себя своими же руками слабое звено. Есть множество возможных ситуаций, когда пленники любой тюрьмы, – он выделил голосом последнее слово, – могут оказаться на свободе. Что они захотят сразу же? Отомстить. Кому? Тем, кто в первых рядах должен защищать покой мирных граждан. А вместо этого будет валяться в луже собственной крови. И всего-то надо было головой думать о возможных последствиях. Чего вы не сделали.

– Никогда еще не было ничего подобного, – попытался оправдаться пристыженный караульный.

– Чего? Заключенных не выпускали? И не оправдывали?.. – недоверчиво протянул командир, изображая, что считает стражников забывчивыми идиотами.

– Нет, кто попадет сюда – тот смертник! – доложил второй стражник.

Командир сделал выводы. Исправительное, тьма его забери, учреждение. Временное, будь оно неладно, заключение. Кое-кто ленится даже перевести заключенных в тюрьмы, потому что это денег стоит. Проще казнить. А вот почему никого не выпускают? Странно…

Командир проницательно посмотрел сначала на одного так называемого тюремщика, затем на второго.

– Разве это повод избивать их в последние часы жизни? Если это воспитательные меры, то что они воспитают? Гнев при смерти может вернуть дух обратно, привязать к месту. Вы не знали? Тут и светлый меч за окном не поможет.

Пристыженные стражники опустили глаза. Командир вещал таким уверенным тоном и так показательно нависал, да еще и силой своей давил, что дышать порой сложно было. На лицах мужчин отразилось сожаление. Вот такой вот трюк. Это свойство лично главы отряда.

В отличие от Кайдена, потомка тьмы, в командире оставил свою силу светлый бог. А на тех, кто долгое время находится под действием светлого меча, такая сила еще и дополнительное воздействие оказывает, усиленное.

Командир всегда пользуется своим наследием. Он умеет влиять на людей. Обычно это списывают на его родословную, он ведь высокородный аристократ голубых кровей. А все они так воспитаны, что хоть страной правь, хоть в бой веди.

Это и правда, и нет. Конкретно командир Хилланот, бывший из не слишком богатого, но известного рода Кунг, не получил аристократического образования, только военное. В нем заметили силу с детства и сразу не прочили в управленцы. Однако принадлежность к знатному роду обязывала получить общее образование. Этого Хиллиноту вполне хватало, чтобы в нужное время в нужном месте не ударить в грязь лицом. Или добиться своего, используя верные слова.

– Я же вижу, – смягчившись, произнес командир, – что оба вы пришли сюда не ради этого. Вам не доставляет удовольствия причинять незаслуженную боль. Но заслуженное наказание вы исполнить способны, не струсите. Правда, этого мало. В следующий раз помните о том, ради чего вы так стараетесь. Один обеспечивает семью, второй маленького ребенка… – Охотник прочитал их, про семью было достаточно очевидно по ответам первого, а о ребенке по запаху от второго догадался. Кайден разобрал, что детей у него два, близнецы похоже. Но это уже лишняя информация, решил товарищу не говорить. – Обдумайте все варианты событий. Потому что спотыкаемся мы именно на маловероятных. Жизнь заканчивается в момент неготовности. Думайте о близких, это помогает.

Продолжить жизненный урок помещал Кайден. Он вывел заключенного и снял с него наручники. Не притащил, не выволок, а почти уважительно вывел. Наемник своими ногами, не сопротивляясь, но и не слишком торопясь, выбрался из камеры и прошел мимо недавних охранников.

– Переоденься. Тут где-то должна быть форма местной стражи, сойдет на первое время, – бросил ему вслух волк, кивая на шкаф. Тон его был не повелительный, но раздраженный. Стражники навострили уши. Кайден повернулся к командиру, косясь на них. – Я был прав. Это он. Операцию прерываем. Придется послушать недовольное бормотание всю дорогу. – И, скривившись, кивнул в сторону наемника, который уже подобрал свой размер: – Но если ехать будем быстро, не успеет нас достать.

– Прошу прощения, – вступился караульный, – что тут происходит? Какая операция?

– Под прикрытием, – поддержал игру товарища глава отряда. – Я вижу, что вы оба с хорошими мотивами, поэтому надеюсь, не раскроете детали лишним людям. Уже догадались?

Стражники переглянулись и на всякий случай не стали отрицать. Пусть и согласно кивать не решились.

Командир, как лицо в деле заинтересованное, пояснил суть:

– Этот человек из наших, проверял некоторые подозрения. К сожалению, теперь не получится продолжить, его ждут срочно в другом месте. – И проговорил после того, как караульные выразили понимание ситуации: – Дело в том, что, если честно, он мог в любой момент освободиться из заключения или предъявить свое звание. И отправить вас чистить выгребные ямы. А вы с ним так необдуманно жестоко…

– То есть… – неуверенно протянул второй стражник. – Он не виновен?

– В том и дело, что нет. Предположил подставу, проверил – сработало. Ложно обвиненный оказался здесь, дожидаться казни. Теперь осталось лишь убедиться, что по ложным обвинениям его действительно на плаху отведут. Тогда бы подтвердили доносы… – доверительно закончил охотник.

За это время наемник успел переодеться, и Кайден решил всех поторопить.

– Слушайте сюда, – гаркнул он. – Мы его забираем, причину вам не назвали, вы просто выполнили наш приказ. Ни слова о проверках и прикрытиях вы не слышали. Ясно?

Тюремщики дружно закивали и поспешили отпустить охотников с миром. Счастливые, что так легко отделались. А то ведь они у себя в голове уже много проблем нашли и неутешительных вариантов развития дальнейших событий нарисовали. Выдохнув, стражники решили переосмыслить свое отношение к работе. Но быстро пришли к выводу, что никого другого агитировать на то же самое они бы не стали в любом случае. Себе дороже. Еще не то подумают.

На обратном пути Кайден отсыпал еще по одному золотому караульным на выходе. Просто так, за радушные улыбки и отсутствие вопросов. Оба к возвращению охотников вместо этого придумали, где у них еще водятся добрые родственники, в попытке выклянчить больше казенных орденовских денег. И пока Кайден удовлетворял их мотивы, стражники активно игнорировали третьего в их компании. Словно вообще не заметили его присутствия.

Командир про себя отметил, что идея одеть заключенного в примелькавшуюся форму оказалась хорошей. Неужто и текучка кадров тут такая, что новое лицо не вызвало вопросов? Вырисовывается еще один пункт в следующем письме куратору. Вирольду, не Роршаху.

«Если спросят, почему отчитывался не перед своим куратором, – решил командир, – отвечу, что посчитал верным держать ответ перед тем, кто выдал