Крест - Ингар Йонсруд

Закрутив крышку термоса с кофе, Фредрик посмотрел ей вслед, но она уже ушла.

— Рак, — сказал Франке. — В последнее время состояние ухудшилось. Она лежит в Центральной больнице. Коссу я сообщил, но, думаю, и вам стоит знать, на случай если я понадоблюсь.

Фредрик понял, что вошел прямо посреди откровения и попытался найти место, не привлекая к себе внимания. Тересе склонилась к его плечу.

— У Франке больна жена, — прошептала она. Фредрик вдруг вспомнил, что как-то Франке рассказывал ему об этом. Но сейчас он уже и не знал, когда это было, да он и не был уверен, что принял это всерьез — Франке всегда был полон всякого дерьма.

— Ну, — неловко сказал начальник управления. — Теперь мы знаем, в чем дело. Франке, предлагаю вам отчитаться по делу Хенри Фалька, а потом вернуться в больницу.

Франке посмотрел на Фредрика. В глазах коллеги не было триумфа. И все же в них присутствовал легкий налет, словно Франке считал, что у него есть какое-то преимущество и Фредрику стоит это признать. Франке перевел взгляд на присутствующих, и Фредрику стало стыдно. Пора уже прекращать искать в людях худшее.

— Полагаю, большинство из вас слышали об одноглазом враче? — спросил Франке. Никто не ответил. — Один из самых преследуемых террористов в мире. Впервые он появился на радаре в Афганистане, около пятнадцати лет назад. Тогда он работал на одного из военачальников Талибана. Затем порвал с Талибаном. Потом был период, связанный с Аль-Каидой, и он опять перешел на другую сторону — стал одним из государственных лидеров, установив халифат в Сирии и Ираке. Когда халифат разгромили, он залег на дно. Его считают организатором десятков терактов — как в Европе, так и у арабов.

Франке достал из кармана пиджака блокнот. У полицейского дрожали руки, пока он перелистывал страницы назад.

— В 2010-м, когда еще вовсю шла охота на лидера Аль-Каиды Усаму Бен Ладена, группа американских спецназовцев наткнулась на склад оружия в одной из горных деревень Афганистана. Деревней управляли люди одноглазого врача. В подвале они нашли огромное количество произведенных в Норвегии боеприпасов. Продвинутые гранатометы, бомбомёты и взрывчатка. Большинство из них даже не вынули из коробок. Официально это объяснялось тем, что террористы добыли вооружение во время очередного рейда у афганской военной колонны. Кнопка тревоги сработала, когда производитель стал сверять серийные номера. Оказалось, что это оружие никогда никому не продавали. По документам производителя, оно находилось на складе в Рауфоссе.

— Значит, его украли? — вклинился Неме.

— Нет. Когда они проверили склад, всё было на месте.

— И что это значит?

Франке пожал плечами.

— Это и пытался выяснить Хенри Фальк. Производитель подтверждает, что найденное в Афганистане оружие произведено у него. Но у такого оборудования всегда индивидуальные серийные номера. Задачей Фалька было узнать, что же случилось. Выяснить, каким образом целый арсенал всевозможного оружия мог оказаться в руках одноглазого, при том, что боеприпасы ниоткуда не пропадали.

— А кто источник этой информации? — спросил Косс.

— Начальник Фалька. Вильфред Форманд, директор и владелец консалтинговой компании «Форманд-Бернье».

Их целью было заявить об этом деле в полицию, если они установят, что был нарушен закон.

— Если они установят, что был нарушен закон, — передразнил начальник. — И насколько Фальк продвинулся в этом расследовании?

Франке грустно улыбнулся.

— Боюсь, не сильно. Он заканчивал первую часть отчета, который, на самом деле, был просто полной версией того, что я сейчас рассказал. А вот поисками и расследованием он должен был как раз заниматься сейчас.

— И кто-то с довольным видом теперь смотрит на то, что он больше не роется в этом, — сказал Косс. — Они раздобыли на него компромат. Может, шантажировали? А когда он не остановился, убили?

— Может быть, и так, — ответил Франке. — Но в таком случае, почему он не сообщил начальству, что его шантажируют? Руководитель отозвался о нем как о неподкупном человеке. — Франке заглянул в свой блокнот. — Необычайно высокая работоспособность, неколебимая мораль и неукоснительное соблюдение деловой этики.

— Неудивительно, что Фальк молчал, — заметил Фредрик. — Учитывая, какой это был компромат. А как отреагировал начальник на смерть Фалька? Ты рассказал ему об обстоятельствах?

Франке чуть замялся.

— Я сказал ему только то, что Фалька убили. Отреагировал он… я бы сказал, по-деловому. Фальк не был женат, потомством не обзавелся. Он был единственным ребенком в семье и унаследовал значительную сумму после смерти родителей. Все, что он оставил после себя, завещал различным научным институтам и университетам. Те немногие, кто его знали, отзываются о нем как о труженике. При этом они употребили и другие определения — тщеславный, надменный и эгоистичный.

На несколько секунд в маленькой переговорной воцарилась тишина. Видимо все переваривали услышанное.

— Я одного не понимаю, — сказал Фредрик. — Если тот отчет по оружию — мотив, то почему Фалька назвали предателем? Кого он предал? И почему нужно было так зверски его пытать?

— Хочешь сказать, его убили по другим причинам? — спросил Косс.

— Я хочу сказать, что