Исчезнувший браконьер - Джек Лондон
![Исчезнувший браконьер - Джек Лондон](/templates/ReadBooks/images/no-cover.jpg)
- Категория: Научные и научно-популярные книги / История
- Название: Исчезнувший браконьер
- Автор: Джек Лондон
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Лондон Джек
Исчезнувший браконьер
Джек Лондон
Исчезнувший браконьер
- Они и слушать нас не будут. Нарушили границу - и все. Заберут нас и отправят на соляные копи. А дядя Сэм - как он об этом узнает? До Штатов ничего не дойдет. В газетах напишут: "Мэри Томас" исчезла со всем ее экипажем. Вероятно, попала в тайфун в Японском море". Вот что скажут газеты и люди. А нас отправят в Сибирь, на соляные копи. И хотя бы мы прожили еще пятьдесят лет, для всего мира, для родных и знакомых мы будем похоронены.
Так расценивал положение Джон Льюис, по прозвищу "Морской законник".
В кубрике "Мэри Томас" обсуждался важный вопрос. Разговор начали подвахтенные. Матросы, несшие вахту, спустились к ним с палубы. В такую безветренную погоду всем, кроме разве рулевого - да и того удерживала на месте только дисциплина,- делать было нечего. Даже юнга, "Малыш" Рассел, пробрался вперед послушать, о чем идет речь.
Судя по мрачным лицам моряков, положение было серьезным. Три месяца зверобойная шхуна "Мэри Томас" охотилась на котиков вдоль берегов Японии и севернее, в Беринговом море. Однако у азиатских берегов она вынуждена была прекратить охоту; здесь, в запретных водах, патрулировали русские крейсера, и котики могли спокойно выводить своих детенышей.
Неделю назад начался штиль; шхуна попала в полосу густого тумана, который никак не рассеивался. Ветер был такой слабый, что едва поднимал легкую рябь на воде. Это само по себе было не так плохо, потому что зверобойные шхуны никогда не спешат, пока кругом котики; но беда заключалась в том, что проходившее в этом месте сильное течение относило "Мэри Томас" к северу. Таким образом, она пересекла границу и с каждым часом все дальше и дальше проникала в опасные воды, охраняемые русским медведем.
Никто не знал, как далеко отнесло шхуну. В течение всей недели не было видно ни солнца, ни звезд, и капитан не имел возможности провести необходимые наблюдения, чтобы определить местонахождение шхуны. В любой момент мог нагрянуть крейсер, и тогда команде не спастись от Сибири. Матросам "Мэри Томас" была хорошо известна судьба многих браконьеров, и их лица были мрачными не без причины.
- Ну, фройнде - громко сказал немец, рулевой одной из шлюпок,- швах дело. У нас такой улов, и все добыто честно, и на тебе: теперь на нас нападают русские, забирают наши шкуры и шхуну, а нас отправляют в Сибирь цу ден анархистен. Хорошенькое дельце!
- Да, не повезло,- продолжал Законник.- Полторы тысячи шкур, добытых честно и благородно, всем нам причитается по круглой сумме - и вместо этого попасть в плен и все потерять! Другое дело, если бы мы были браконьеры, а* то ведь это все честная работа в открытом море.
- Но раз мы ни в чем не виноваты, они нам не могут ничего сделать, правда? - осведомился юнга.
- По-моему, такому мальцу, как ты, совсем не след толкаться там, где разговаривают старшие,- оборвал его со своей койки матрос-англичанин.
- Не трогай Малыша, Джек,- заметил Законник.- Это и его касается. Разве его жалованье не прогорит так же, как наше?
- За это жалованье я теперь и гроша ломаного не дам! - фыркнул Джек.
Он рассчитывал после получки поехать домой, в Челси, повидаться с семьей, и ему становилось не по себе при мысли о том, что он может лишиться не только заработанных денег, но и свободы.
- А как они узнают? - переспросил Законник, отвечая на вопрос Малыша.- Мы находимся в запретных
водах. Откуда им знать, что мы прибыли сюда не по своей воле? Мы здесь, в трюме у нас полторы тысячи шкур. Им ведь неизвестно, где мы их добыли: в открытом море или в территориальных водах! Видишь, Малыш, все факты против нас. Скажем, поймаешь ты парня с полными карманами яблок - точь-в-точь таких, что растут на твоей яблоне, да еще поймаешь его на этой самой яблоне, и пусть этот малый тебе скажет, что, мол, он попал туда не нарочно, что сам не знает, как его туда занесло, и уж во всяком случае, эти яблоки попали к нему с другого дерева, что ты тогда подумаешь, а?
После такого объяснения Малышу стало все ясно, и он уныло покачал головой.
- Уж лучше умереть, чем попасть в Сибирь,-сказал один из гребцов.-Повезут тебя на соляные копи, и будешь там работать до тех пор, пока не подохнешь. И никогда не увидишь дневного света! Рассказывают, как одного парня приковали к напарнику, а тот взял да умер. А они ведь были наглухо прикованы друг к другу! А кого пошлют на ртутные копи, тот изойдет слюной. Пусть лучше повесят, только бы не изойти слюной.
- А отчего это идет слюна? - спросил Джек, который, услышав о новой опасности, приподнялся со своей койки.
- Да оттого, что ртуть попадает в кровь, вроде так. Десны распухают, как от цинги, только еще хуже, и зубы начинают шататься. А потом человек покрывается страшными язвами и умирает ужасной смертью. Любой силач недолго протянет в ртутных рудниках.
- Швах дело,- печально прозвучали в наступившей тишине слова рулевого,- дело швах. Вот бы попасть в Иокогаму. А? Что это такое?
Шхуна внезапно накренилась. По палубе со стуком и грохотом покатилась оловянная кружка. Наверху захлопали паруса и резко защелкала задняя шкаторина слабо натянутого фока. До матросов донесся голос старшего помощника капитана: - Все наверх, паруса ставить!
Никогда подобное приказание не исполнялось с большим энтузиазмом, чем сейчас. Штиль кончился, подул ветер. Уж он-то отнесет их на юг, в безопасное место. С радостными возгласами все выскочили на палубу. Пока они работали, туман рассеялся, и взорам открылся темный небосвод, усыпанный знакомыми звездами. Когда все было в полном порядке, "Мэри Томас", повернувшись боком к ветру, устремилась вперед, на юг.
- Впереди, слева по носу огни парохода, сэр! - взволнованно закричал вахтенный со своего поста на баке.
Капитан послал Малыша вниз за ночным биноклем. Все столпились у подветренного борта, чтобы рассмотреть подозрительное судно, очертания которого уже начали смутно вырисовываться. Лишь один шанс из тысячи был за то, что они встретят в этих пустынных водах какое-нибудь другое судно, кроме русского патруля. Капитан все еще с беспокойством смотрел в бинокль, когда на неизвестном судне показалась вспышка, за которой последовал громкий звук пушечного выстрела. Самые худшие опасения подтвердились. Это было патрульное судно, выстрелившее по направлению носовой части "Мэри Томас", очевидно, чтобы заставить ее остановиться.
- Руль под ветер,- приказал капитан рулевому упавшим голосом.Раздернуть фока- и кливер-шкоты!-скомандовал он.-Спустить бом-кливер! Взять на гитовы фортопсель! А теперь на корму, налегай на грота-шкот!
"Мэри Томас" пошла прямо против ветра, сбавила скорость и остановилась, тяжело покачиваясь на больших волнах, катившихся с запада.
Крейсер подошел немного ближе. Молча, с замиранием сердца смотрели на него моряки. Они видели, как травили тали, спуская на воду большую белую шлюпку, в которую затем спрыгнули матросы. До них доносились скрип шлюпбалок и распоряжения офицеров. Рывок весел - шлюпка отвалила и направилась к шхуне. Ветер все крепчал, море было неспокойно, и хрупкое суденышко никак не могло лечь борт о борт с подбрасываемой на волнах шхуной; выждав момент, офицер и два матроса поднялись на судно при помощи брошенных им концов. Шлюпка отошла на безопасное расстояние, и матросы под командованием сидевшего на корме у румпеля молодого гардемарина осушили весла.
Офицер - судя по мундиру, это был лейтенант русского флота - зашел с капитаном "Мэри Томас" в каюту проверить судовые документы. Через несколько минут, когда он вышел, его матросы подняли крышку люка, и он спустился с фонарем в трюм осмотреть груз. Его взорам предстала груда в тысячу пятьсот великолепных свежих шкур - добыча целого сезона; при данных обстоятельствах офицер мог прийти только к одному выводу.
Поднявшись на палубу, он обратился на ломаном английском языке к капитану "Мэри Томас":
- Прошу меня извинить, но я обязан именем его величества задержать ваше судно, как браконьера, захваченного со свежими шкурами в наших территориальных водах. Вам, по-видимому, известно, что за это полагается конфискация груза и тюремное заключение.
Капитан с напускным равнодушием пожал плечами и отвернулся. Даже сильным людям - пусть внешне они держатся спокойно - порой хочется плакать от незаслуженных ударов судьбы. Ясно представив себе свой маленький дом в Калифорнии, жену и двух рыжеволосых мальчуганов, он почувствовал, что его горло как-то странно сжимается, и не стал говорить, боясь разрыдаться.
Кроме того, у него был долг перед матросами. Он не имел права выказывать слабость в их присутствии, потому что должен был являться для них опорой в беде. Он уже объяснился с лейтенантом и знал всю безнадежность положения. Как сказал Законник, все факты были против него. Поэтому он повернулся и стал шагать взад и вперед по корме судна, на котором он больше не был командиром.