Зимний пейзаж с покойником - Светлана Гончаренко
![Зимний пейзаж с покойником - Светлана Гончаренко](https://cdn.rusbook.su/s20/1/6/6/7/6/6/166766.jpg)
- Категория: Детективы и Триллеры / Детектив
- Название: Зимний пейзаж с покойником
- Автор: Светлана Гончаренко
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Светлана Гончаренко
Зимний пейзаж с покойником
Глава 1
По паркету босиком
23 декабря. 16.10. Окрестности поселка Суржево.
Снег пошел сразу, как только съемочная группа выехала из города. Колючая мелочь быстро превратилась в сырые хлопья. Они падали все гуще, шлепаясь с размаху о ветровое стекло.
– Экая красота! – ерзал Можжин на переднем сиденье. – Останови-ка, Витек, на минутку, я поснимаю немного. Классный снег! И для клипа сгодится, и синоптикам суну в прогноз. Да стоп же! Тормози, пока свет не ушел!
Он схватил камеру и выбрался из теплого нутра студийной машины. Картинка того стоила: громадные черные ели Суржевского леса, все в снегу, казались ненастоящими, бархатными. Тихо слетали с небес белые хлопья.
– Прямо как в новогоднем мультике! – радовался Можжин.
Сразу за лесом начинался элитный поселок Суржево. Он походил на дорогую декорацию: особняки с башенками, мансардами и разноцветными окнами картинно лепились к пологой горе. Селение сказочных гномов, да и только!
Снег все падал и падал. Снимая это чудо, Можжин стонал от удовольствия. Шофер Витек терпеливо держал над ним оранжевый дамский зонтик.
Пока шла съемка, бард Игорь Стрекавин скучал на заднем сиденье. Его поэтическая душа всегда чутко откликалась на снегопады, грозы, дожди, сосульки и прочую метеорологическую чепуху. Он много об этом пел. Но выходить из теплого салона, чтоб полюбоваться природой, не желал, как ни уговаривал его Можжин.
– У нас впереди работа, надо внутренне собраться, – отнекивался бард.
– Тоже мне нашел работу! Ерунды минут на десять, – кричал заводной Можжин. – Ты посмотри, какая благодать!
Съемку Можжин закончил быстро и теперь просто скакал вдоль дороги, пытаясь поймать открытым ртом самые крупные хлопья. Несколько раз он пробовал вытащить из машины барда и заставить делать то же самое. Угомонился он лишь тогда, когда извалял в снегу шофера Витька.
Витек ничуть не обиделся. На студии Нет-ТВ Димона Можжина все очень любили за креативность и веселый нрав. А еще у него всюду было полно не просто знакомых, а старых и проверенных корешей. Эти кореши пускали его с камерой всюду, в самые заповедные места. Однажды он даже снял личную дачу губернатора и губернаторскую собаку, скребущую лапой в дизайнерской клумбе.
Вообще-то на Нет-ТВ Дмитрий Можжин значился оператором. Но в последнее время он все чаще снимал собственные сюжеты как режиссер. Например, для новогодней программы он уже изготовил клипы местных музыкантов – рэп-группы «Кук» и фолк-певицы Анны Верболозовой. Теперь он занимался Стрекавиным.
Работал Димон в молниеносном темпе. Особенно мысль его была быстра. Всего лишь час назад Игорь Стрекавин зашел на студию и поинтересовался сценарием своего клипа.
– Какой сценарий? – радостно воскликнул Можжин, жесткой ладонью запихивая барда в дверь машины, где уже сидел Витек. – У меня давно все в голове!
– Что именно? – недоверчиво спросил бард.
– Говорю же, все! Это будет улетный клип: сначала ты идешь по Марксистской, потом грустишь под фонарем, потом сидишь на скамейке возле мыловаренного завода.
– Почему возле мыловаренного? – возмутился бард. – Там на заборе такое понаписано!
– Зато там сугробы никогда не убирают. Ты и куча снегу – это же чистая лирика. Забор в кадр не попадет, не боись. А еще мы гламурчику тебе подпустим: в Суржево съездим. У меня там живет друган, и я с ним как раз на сегодня договорился. Побродишь у него по вилле – вроде бы ты тоскующий олигарх. Пипл это любит! Кстати, лестница там как в Эрмитаже. Пройдешься и по ней!
– Моя песня по атмосфере совсем иная, – засомневался Стрекавин. – Боюсь, вилла будет неуместна.
– Вилла уместна всегда! Я на днях туда заезжал пивка попить и мигом смекнул: классный интерьерчик для клипа. Только вот не знал, кого туда взять: пацаны-рэперы слишком корявые, еще нагадят где-нибудь, Верболозова – корова в сарафане. А ты у нас парень интеллигентный, лирик, руки моешь. Так что тебя и запустим – будешь там грустить на пуфике. Десять минут работы!
В тот день Стрекавин видел Димона впервые и не собирался быть с ним на «ты». Но держать дистанцию было поздно: с первой же минуты Можжин без всяких разрешений стал громко хлопать барда по спине, угощать семечками и вспоминать какое-то мифическое совместно выпитое. Спустя полчаса Игорь Петрович почти поверил, что Димонова физиономия, помятая, но моложавая, мелькала перед ним всю жизнь.
Димон был настоящим русским человеком с широкой душой: он медленно запрягал, зато быстро ездил. В тот день его запрягание выдалось особенно тягучим. Стрекавин даже не предполагал, что так трудно добраться до Суржева в бежевой машине, на боку которой написано «Студийная». Обычный рейсовый автобус тратил на этот путь ровно двадцать пять минут.
Поначалу и у съемочной группы все шло как по маслу: машина практически подкатила к месту съемок. Она остановилась в лесу на окраине поселка. Там-то Димон и снял пару лирических этюдов со снегопадом.
Затем бежевая машина от Суржева стала почему-то быстро удаляться. Ее занесло в какую-то автомастерскую, где что-то в ней меняли и чистили. Из-за этого Димон со Стрекавиным часа два торчали в автопредбаннике, беседуя об искусстве. Немудрено, что Можжин проголодался. Когда Суржевская гора с ее сказочными домиками вновь замаячила за ветровым стеклом, он подбил Витька сделать крюк и перекусить в придорожном заведении «Камелек». Стрекавин есть не хотел. Он с тревогой поглядывал в окно: Суржево от них снова удалялось, а день мерк на глазах.
До «Камелька» ехали битых полтора часа. Но прославилась эта харчевня не зря: пиццу там подали такую огромную и сытную, что после нее Стрекавин заснул в машине как убитый. Он открыл глаза, лишь когда Можжин больно стукнул его по плечу.
– Подъезжаем! – радостно сообщил Димон.
Барду показалось, что уже утро. Об этом говорили ультрамариновые сумерки и блаженный звон в ушах. Но скоро стало ясно: это предыдущий вечер еще не кончился. Перед сонным Игорем Петровичем в очередной раз возникла Суржевская гора со своими домиками. Она неумолимо приближалась. Димон молчал. Кажется, он больше не мог придумать, куда еще можно заехать.
23 декабря. 22.10. Суржево. Улица Лесная.
Издалека строения в Суржеве выглядели игрушечными, гномьими. Однако вблизи оказалось, что они годятся скорее для великанов. Во всяком случае, жилище друга Можжина подавляло масштабами. Было оно о трех этажах, а Можжин уверял, что есть еще и два подземных. Наверное, потому, что уже стемнело, а снегопад усилился, выглядел этот огромный дом настоящим замком. Его крыша таяла в мутных небесах, а башенки, балконы и эркеры трудно было пересчитать.
Громадностью поражал не только сам дом. В глубине пустого двора орудовал лопатой кто-то неестественно могучий. Даже собака жила тут такая большая, что Игорь Петрович сначала принял ее за взрослого медведя.
– Эй, Арька, мы уже тут, – весело гаркнул в мобильник Можжин.
Студийная машина в это время парковалась рядом с тремя иномарками напротив кованых ворот – достойных Вестминстера, как подумалось барду. Впрочем, Игорь Петрович никакого Вестминстера сроду не видал. Может, там все помельче, поскромнее?
Скоро по дорожке от замка к воротам за прыгала тонконогая фигурка олигарха. Можжин вышел из машины и радостно поприветствовал друга, стукнув кулаком по его тщедушной спине.
– В гостиной, где мы с тобой пиво пили, сегодня снимать не получится, – сообщил в ответ олигарх. – Занято! Наши завтра уезжают в Австрию, а сегодня затеяли маленькое пати. Но ничего, мы наверху устроимся, в будуаре – там еще круче. Если вы ненадолго, никто возбухать не станет.
Игорь Петрович погрустнел. Он понял, что приятель Можжина вовсе не хозяин дома, а какая-то мелкая сошка. Их группу в замке, возможно, не только не ждут, но еще и вон попросят. Как глупо!
Можжин так не думал. Он продолжал приветливо колотить друга по спине и топать к крыльцу. Стрекавин с гитарой плелся сзади. Витек остался дремать в машине. Он был настоящий профессионал: спал в любое время суток глубоко и помногу. Именно его всегда брали на съемки официальных мероприятий, которые длились бесконечно. Витек был надежен и терпелив, как верблюд. Он не рвался хлебнуть пивка или сгонять куда-нибудь по своей надобности – он просто отсыпался в машине до мигрени и провалов в памяти.
Войти в замок великанов оказалось непросто. Когда Стрекавин переступал порог, что-то сильно толкнуло его сзади. Бард чуть не рухнул на четвереньки. Странная тень мелькнула рядом, огромная, как и все в этом доме.
– Мамай, подлец! – взвизгнул приятель Димона и вцепился в ускользающую тень тощими пальцами.
Тень детски захныкала и остановилась.
– Серега, сюда! – крикнул ловец тени. – Мамай снова в дом залез! Быстрей, я его держу!